Один — мало, десять — много?
Многодетные семьи в думскую арифметику не укладываются
Этому знакомству уже более 10 лет. К Филипповым я пришла впервые таким же холодеющим в предчувствии скорой зимы днем. Встречала меня семья почти в полном сборе: мама Ирина Павловна, папа Александр Николаевич и восемь ребятишек разного калибра. Вообще-то всего Филипповых–младших — десять. Но двое в тот день — старшая дочь Саяна и следующий за ней по возрасту Даниил — отсутствовали. Они уже зарабатывали деньги, помогая семье удержаться на плаву.
Потом встречи повторялись: к Филипповым тянуло, с ними хотелось говорить часами обо всем и ни о чем. Не я одна оценила теплоту этого дома, точнее двух стандартных квартир, объединенных в одну. Но все равно квартирой не ставших. Именно домом, где у каждого было свое место, даже у овчарки Ричарда, чья подстилка раз и навсегда поместилась под кухонным окном. Так вот, я про то, что к Филипповым всегда тянулись люди. Забегали толпами школьные друзья, заходили соседи, знакомые. Всех угощала чаем тихая, интеллигентная Ирина Павловна. Гостям предлагали печенье, варенье. Но мало кто брал это угощение, памятуя о минимальном достатке большой семьи, считающей каждую копейку, сплошь и рядом жившей хлебом, супами из дешевых разовых пакетов и макаронами.
Но так жило в середине девяностых едва ли ни большинство семей, решившихся родить больше одного-двух детей. Однако не всем удавалось так воспитывать своих чад, как это получалось у Филипповых–старших. Их детвора училась и учится практически сплошь на “хорошо” и “отлично”, вопреки устойчивому стереотипу о многодетных семьях, где хорошее образование напрочь игнорируется. Здесь все грезили высшим образованием. Или как минимум средним специальным.
…И вот снова осень. Очень похожая на ту, что положила начало нашему знакомству.
— У нас горе. Мы нашего папу схоронили, — по лицу Ирины Павловны текут крупные слезы. — Сердце, инфаркт обширный. До пенсии так и не доработал.
Филиппов–старший всю жизнь не изменял заводу “Металлист”. Работал там электромехаником. С годами отрастил бороду и стал очень похож на Хемингуэя. Знакомые его так и звали…
Ричард, потеряв хозяина, практически не ест уже вторую неделю. Смотрит на всех глазами, полными тоски и слез. На тяжкой ноте начинаем разговор. Расспрашиваю о ребятах. Саяна пока дома. Из-за несчастья отпросилась с работы. В свое время так и не успела закончить экономический факультет текстильного института. Потребовались деньги семье, и Саяна, как самая старшая, пошла зарабатывать. Своей семьей еще не обзавелась. Пока нянчила сестру и братьев, юность как-то быстро растаяла. А молодость уже заставляет на вещи смотреть реально. Вот уже и отца не стало, а на ноги поставлены еще не все младшие. Никита в кадетском классе первой школы учится. А Тимоша — тот и вовсе пока в 7-м.
От государства помощи ждать смешно. Дума в очередной раз громко заявила, что надо бы ежемесячные пособия на каждого ребенка в десять раз увеличить и не по 70 рублей платить, а хотя бы по 700. Но, похоже, депутаты сами своей смелости испугались. И замолчали про инициативу. Спасибо, что хотя бы закон о материнских сертификатах в долгий ящик не упрятали. И 250 тысяч рублей на второго ребенка — это здорово. А что делать тем семьям, где их десять народилось? Это же настоящий золотой фонд страны. Кого поддерживать, если не их?
— Проживем теперь уже и так, — машет рукой Ирина Павловна. — Все-таки и Лида, и Саяна, и Илья, и Антон работают. Да и я, когда ребята почти все подросли, работать устроилась. Ничего, мы к роскоши не привыкли…
С Ириной Павловной мы говорили о том, что государство многодетных любит чисто теоретически. На практике — хуже лютой мачехи. Почему бы не поддерживать стремление ребят получать высшее образование и не гарантировать им поступление на бюджетные отделения? Илья, блестяще закончив школу, учебу продолжал на юрфаке современного государственного университета за свой счет, зарабатывая деньги где только можно. Кстати, ни он, ни Лида не смогли себе позволить обычного школьного выпускного вечера. Не было денег на наряды, а главное — на бесконечные подарки всем и вся.
Павлу повезло больше. Он поступил в Серпуховский военный институт. Без блата, без репетиторов, то есть не тратя деньги, которых семье не хватает. Егор учится на платном факультете в Тимирязевке. Леонид его примеру последовать не смог, хотя и закончил школу с серебряной медалью. На бюджетное отделение не попал, недобрав баллов. Пошел пока деньги зарабатывать, как и Антон, который вместо учебы в армию сначала попал, а теперь пытается одеться, обуться не за счет матери и младших братьев.
Кстати, у Филипповых прибавление. У Ильи дочка Ульяночка родилась. Ирина Павловна, рассказав об этом, впервые за время разговора улыбнулась, констатировав очевидное: внуки еще лучше детей.
Она переживает, что с взрослением детей уходят льготы по квартплате, зато приходят огромные счета. И плевать чиновникам на это. А ты сиди думай тут: за учебу платить или за жилье. На все разом не хватает.
Но все-таки заметно, что семья жить стала получше. Кухню отремонтировали, столовую, купили новые шкафы: все в тон, все красиво. Радуются и зовут пить чай. Как всегда. С вареньем и печеньем.
Московский Комсомолец
от 08.11.2006
Валентина СЕМЬЯНЦЕВА
Мне очень грустно
), а коли так, то чего-нибудь где-нибудь еще "сварганим".
